Бош саҳифа » Биласизми? » Торговые трассы Мавераннахра. Пути из Самарканда в Несеф и Кеш 

Торговые трассы Мавераннахра. Пути из Самарканда в Несеф и Кеш 

Как мы отмечали, при описании планировки Самарканда, его южные ворота назывались Кешскими. Это не случайно. К югу от Самаркандского Согда, отделенная от него Зарафшанским хребтом, располагалась крупная цветущая область Южного Согда – Кашкадарьинский оазис – один из старейших урбанизированных регионов Среднеазиатского Междуречья.

С глубокой древности он подразделяется на две экономически и политически самостоятельных историко-культурных области – восточную предгорную, носившую название в античную эпоху Наутака, в средневековье – Кеш, и западную, равнинно-степную – с древности известную под названием Ксениппа, в средневековье – Нахшаб (арабы называли ее Несеф). Богатые и разнообразные природно-географические условия включают широкую плодородную долину Кашкадарьи (в древности Кешдарьи), в далеком прошлом соединявшуюся в низовьях с Зарафшаном и впадавшую в Окс-Амударью. С трех сторон она окружена горами с зональной растительностью и минеральными ресурсами, с четвертой – степью, покрывающейся богатым травяным покровом весной и засушливой летом.

Разнообразный климат создал условия для формирования различных типов хозяйства: от интенсивного земледелия до оседлого, полуоседлого и кочевого скотоводства.

Выгодное расположение между двумя крупными земледельческими урбанизированными регионами способствовало раннему развитию городов, товарной экономики и высокой культуры.

Древнейшим городом в западной равнинной части оазиса является городище ЕРКУРГАН, располагающееся примерно в 10 км к западу от современного Карши. Исследователи образно назвали его матерью городов Каршинского оазиса (Сулейманов, 2000, с. 24). Наиболее ранний этап зарождения укрепленного поселения в нем относится к IХ-VIII вв. до н.э. Стена, окружавшая первый город может датироваться концом VIII-VII вв. до н.э. В VI в. до н.э. строится внутренняя стена, окружавшая город на площади 34 га. В это время возводится храмовый комплекс, священная терраса. Город быстро разрастается, в III-II вв. до н.э. обводится крепостной стеной на площади 150 га, застраивается парадными, жилыми и культовыми сооружениями.

К III в. н.э. относится строительство дворца, храма, мавзолея, возведение цитадели. В IV в. н.э. серьезной реконструкции подвергаются обе крепостные стены города (Сулейманов, 2000, с. 24-25).

Он был, вероятно, одним из самых крупных городских центров Среднеазиатского Междуречья в государстве эфталитов. Как выглядел город середины I тыс. н.э., когда Еркурган достигает максимального развития? Его окружают два ряда стен с внутристенным стрелковым коридором. В центре внутреннего города находится обширный храмовый комплекс, состоящий из двух монументальных зданий. В глубине города возвышался величественный дворцовый комплекс, а за ним – примыкающая изнутри к восточной стене города двухэтажная цитадель. Основной вход во внутренний город, в юго-восточном углу, защищал высокий, сильно укрепленный бастион. Пространство города было густо застроено 1-2-х этажными жилыми и производственными зданиями. Во внешнем городе они чередовались с большими площадями, видимо, засаженными деревьями. Улицы во внешнем городе вели к воротам в сторону Самарканда, Балха, Бухары. На улицах города шла бойкая торговля продукцией работавших тут же мастеров, о чем свидетельствует большое количество монет, найденных на улице напротив мастерской кузнеца.

Еркурган, которому, по мнению исследователей, в период сакского господства отводилась, как наследнику старых культурно-экономических связей, роль торгово-ремесленного центра оазиса, вероятно, в эфталитское время вновь обретает ведущую роль в середине I тыс. н.э., однако ненадолго. Материалы археологических раскопок показывают, что город подвергается разрушению, при завоевании Государства эфталитов тюрками совместно с Сасанидским Ираном. Затем он окончательно пустеет, и функции столичного города Каршинского оазиса переходят к находящемуся в пяти километрах к юго-западу, в излучине Кашкадарьи, городищу Шуллюктепе.

В III-IV вв. Шуллюктепе был крупным замком. В VII-VIII веках он расширяется и, надстраиваясь, превращается в обширную неприступную твердыню феодального владения с цитаделью высотой более тридцати метров. В средневековых источниках он известен как Нахшаб или Несеф (Кочнев, 1980).

От Нахшаба отводятся основные оросительные каналы оазиса: здесь был средневековый центр регулирования водораспределения маловодного Каршинского оазиса. В IХ-ХIII вв. это – один из крупных и важных центров Мавераннахра на Шелковом пути.

Второй интересный городской центр, расположенный в пределах Карши – городище КАЛАИ ЗАХОКИ МАРОН – уникальный по своим масштабам город Средней Азии, возведенный в один прием как единое архитектурное сооружение в конце II – нач. I вв. до н.э. Исследователи считают его самым крупным в истории античного градостроительства Согда, возведенным в форме центральной башни – дворца с тремя рядами стен. Он связывается с оккупацией Согда приаральскими саками и возведением здесь грандиозного города – крепости – местонахождения военно-политической власти новых хозяев оазиса, а может быть и всего Согда.

В IV-V вв. н.э. город реконструируется, но уже теряет свою верховную власть, в VII в. н.э. здесь уже был лишь замок мелкого феодала (Исамиддинов, Рахманов, 1985, с. 56; Туребеков, 1985, с. 68-75; Сулейманов, 2000, с. 26-28).

В восточной части Кашкадарьи, городскими центрами которой являются КЕШ – ШАХРИСЯБЗ, развитие урбанизированной культуры также начинается с раннежелезного века – VIII-VII вв. до н.э. С этого периода формируются оазисы оседлой культуры, зарождаются первые города, закладываются основы государственности (Исамиддинов, Рахманов, 1985).

Первые поселения возникают в VIII-VII вв. до н.э. на Шурабсае, где вырастает укрепленный замок Сангиртепе и город, известный ныне как городище Узункыр, представленный исследователями как первая столица древней Наутаки. Это был крупный город типа раннего Афрасиаба с мощной крепостной стеной и аристократическим центром – акрополем, описанным историками эпохи Александра Македонского. Вскоре город передвигается на берег р. Аксу в центр современного Китаба. Здесь вырастает крупный античный и раннесредневековый Кеш, который одно время даже считался столицей Согда. Он многократно упоминается в период борьбы с арабами как область многочисленных походов арабов, и как один из крупнейших очагов многолетней борьбы с завоевателями и антиарабских освободительных движений. Упорное сопротивление и многолетние войны привели город и область к упадку. Возвращение его начинается в эпоху Саманидов, но городская жизнь постепенно перемещается на новое место, где складывается новая столица, получившая при Темуре свое современное название Шахрисабз (Шахрисабз, 2002, с. 5-6). Он отличался богатством хороших земель и здоровым климатом.

Центральный и Западный Согд были связаны с Несефом и Кешем с глубокой древности, о чем рассказывают предметы материальной культуры, архитектура и монеты.

Наиболее полные описания торговых путей, связывавших эти районы относятся к средневековой эпохе в трудах восточных историков и географов IХ-ХII столетий.

Из Бухары основная трасса караванного пути шла по Большой Бухарской дороге. Продолжительность пути составляла 4-5 дней. Из них путь от Бухары до Тавависа караваны преодолевали за один день. Затем до Мианкаля также один день пути. От него до Маймурга был большой дневной переход (иногда растягивавшийся на два дня. – Ю.Б.). И после этого караваны входили в пределы Несефа (Наршахи, с. 337). Отсюда путь шел в Чаганиан и Балх. Из Самарканда в Несеф и Кеш в средневековую эпоху вели два основных пути.

Первый путь, длинный, но спокойный, вел из Самарканда на юго-запад через Джуму, затем вдоль зеленых предгорий к невысокому, легко преодолимому Джамскому перевалу в Каршинскую степь. Путь этот сливался с международной трассой Бухара – Балх и через стационарные пункты остановок, вехами которого служили колодцы Искандер, Чарказы Узункудук, упоминавшийся в письменных источниках городок Чандарак и далее мимо зелени садов вел к Нахшебу – Несефу.

Из Несефа караваны шли на восток во вторую столицу области Кеш. По одним данным путь занимал два дня, Истахри же сообщает, что из Кеша в Несеф – 3 дня пути (Истахри, с. 337). Путь вел вдоль пониженного левого берега Кашкадарьи, покрытого садами и пашнями с крупными селениями и городами, руины которых известны сегодня под названиями городищ Камайтепа, Алтынтепа, Кишмиштепа (Лунина, 1984). Наверное, не случайно, географ конца Х в. Ибн Хаукаль сообщает, что возле Несефа много селений, а два из них – с соборными мечетями (Бетгер, 1957, с. 20) (что давало право считать их городами – Ю.Б.). Один из отрезков этого пути позволял по степи повернуть на восток на Кеш, не доходя до Несефа.

Второй путь из Самарканда в Южный Согд был более короткий. Он соединял его с Кешем через Зарафшанские горы, но функционировал не стационарно, так как приходилось преодолевать более сложный горный перевал (близ современного перевала Тахтакарача). Путь этот проходили в течение 2-х дней, причем маршрут, судя по расстоянию был довольно напряженным. Промежуточный пункт назывался Дирздех, “деревня в ущелье” или “дарзгох” – “граница”, “ущелье”. Ибн Русте упоминает Дирздех среди пунктов, до которых от Самарканда 1 день пути и до Кеша 1 день пути (Ибн Русте, с. 742). Изучавшие этот маршрут В.В. Бартольд и М.Е. Массон размещают пункт к югу от перевала в местности Ойналитепе в 6 км от Китаба. Рассматривавший этот вопрос в последнее десятилетие Ш.С. Камалиддинов отмечает, что к его времени найден караван-сарай севернее перевала, но связывает его с рабатом, возведенным в середине Х в. шейхом ал-Джахзони ас-Самарканди, а селение Дирздах также считает возможным разместить южнее перевала Тахтакарача в пределах Кашкадарьинской области, примерно в 12 км к северу от Кеша-Китаба в районе с. Кайнар (Камалиддинов, 1996, с. 40-41).

Однако все эти локализации, на наш взгляд, не отвечают реальной картине пути. Трасса Самарканд – Кеш составляла 8 фарсахов, и Дирздех располагался где-то в середине этой трассы, т.к. отстоял в одном дне пути от Самарканда. Кайнар же располагается в 1,5 фарсахах от Кеша – Китаба, а Ойналитепе – в 1 фарсахе от Китаба. Трудно себе представить, чтобы караван мог пройти от Самарканда более 7 фарсахов, преодолевая горный подъем и перевал, чтобы останавливаться затем в 1-1,5 фарсахах от Кеша. Поиски пункта Дирздех проводились археологами неоднократно, однако, на трассе перевала Тахтакарача он найден не был. В начале 80-х гг. краеведы обратили внимание на название одного из горных протоков, истоки которого лежали близ перевала, несколько в стороне от современной трассы – “Йул сои!” – “Сай пути”. Обследование его показало, что в 6-7 км севернее перевала (т.е. в одном фарсахе от него в сторону Самарканда) на холмах левого берега Йулсая (отдельные фрагменты есть на его правом берегу) сохранились остатки крупного сооружения и отдельных локальных жилых строений.

Раскопками, проведенными краеведческим музеем Самаркандской области в 80-х гг. раскрыты остатки разрушенного караван-сарая, в руинах которого выявлено несколько этапов истории, а на ближайших холмах – следы локальных жилых построек. В ранних материалах, почти лишенных архитектурных остатков (кроме отдельных кирпичей, вошедших в более поздние стены) найдены фрагменты керамической посуды античных и раннесредневековых форм, три медных монеты с квадратным отверстием, принадлежащие эмиссии правителя Согда – Урк Вартрамука.

Более четкие ранние стены относятся к поре Саманидов и Караханидов. Они представлены фундаментальными стенами и сгоревшими каркасными перегородками монументального здания, двориком со специальной площадкой для разгрузки товаров и отдыха вьючного скота. Комплекс многократно перестраивался. Но на всех этапах он содержал комнаты для купцов и подсобного персонала, сопровождавшего караван. Помимо этого, раскрыты специальные мастерские ремесленников: специалиста по ремонту вьюков – шорника с крупными иглами и каменными точилами для заточки игл, наковальня кузнеца, подковы разных размеров, гвозди, полоски металла, необходимые для подковки и лошадей и ослов.

Найдены здесь и монеты. Кроме монеты доарабского времени, саманидские фельсы и дирхемы, много монет караханидской эпохи ХI-ХII столетий. В верхних слоях еще больше монет – темуридских и узбекских ханств (Буряков, Давидян, 2002, с. 104-107).

Перед нами явный караван-сарай, который служил местом остановки и отдыха торговых караванов, являлся и местом отдыха, и пунктом подготовки путников к подъему на самую высокую часть перевала, отстоявшую примерно в 1 фарсахе и одновременно выполнявший определенные охраннооборонительные функции.

От Самарканда он отстоял примерно в 5 фарсахах, а далее до Кеша было около 4 фарсахов (с подъемом на вершину перевала). Материалы показывают, что он функционировал с доарабского времени и не мог быть рабатом, возведенным только в Х веке. В то же время не исключено, что пункт мог пострадать в период борьбы с арабами в VIII – столетии и подвергнуться крупной реконструкции, представленной современниками как постройка нового рабата. В то же время здесь располагался не только караван-сарай, но и жилые постройки местных жителей, обслуживающих караваны (и занимавшихся самостоятельным хозяйством – животноводством, охотой). Так что вместе с рабатом могла стоять и деревня. Мы считаем, что это единственный пункт, достойный локализации Дирзгеха – караван – сарая и крепости на границе Самаркандского и Кешского владений. Преодолев подъем и перевал, караваны долго спускались, по широким “серпантинам” в долину Кашкадарьи и, наконец, достигали Кеша.

Остановимся на характеристике восточными авторами столичных городов.

НЕСЕФ. В трудах средневековых персидских и арабских географов Несеф и определен как центр плодородной области «на большой Бухарской и Балхской дороге». Это был крупный центр, внутри которого протекала река. На ее берегу возвышался дворец правителя. Между ним и соборной мечетью были сосредоточены базары. Пригороды окружала стена с четырьмя воротами, носившими названия: “Самаркандские”, “Бухарские”, «Губдинские» (по названию крупного села) и “Кешские”. Округа его отличалась цветущим видом и плодородием, резко контрастирующим с пустынной трассой в Бухару или через Амударью в Маргиану.

Наиболее подробное описание Нахшеба – Несефа сохранилось у географа Х века Ибн Хаукаля: “Несеф … – на большой Бухарской и Балхской дороге на равнине. Горы от нее приблизительно в двух переходах со стороны – Кеша. Между городом и Джейхуном (Амударьей) пустыня, в ней гор нет. В нем одна река, протекающая посередине города, и вода ее идёт из Кеша. На берегу реки, в месте, названном “голова свода” – дворец правителя и перед ним – тюрьма. Соборная мечеть около губдинских ворот, а место праздничной молитвы около Бухарских ворот. Базары в рабаде, между домом правителя и соборной мечетью” (Бетгер, 1957, с. 20).

Географ Х в. ал-Макдиси дополняет, что Несеф называют “драгоценным Нахшебом”, что цитадель лежит в руинах, активно обжит рабад, что город славится виноградниками, обладает здоровым климатом, относится к числу крупных приятных городов. Однако, в связи с тем, что река пересыхает, в нем недостаточно воды.

Как показали раскопки, основная городская жизнь была сосредоточена в рабаде. Здесь были кварталы ремесленников и горожан, шла активная торгово-промышленная деятельность. Часто различные виды ремесленных изделий изготовлялись в одних и тех же мастерских.

В караханидское время Несеф разрастается и становится ведущим центром всей области. Восточные источники этого времени относят к нему даже принадлежавшие ранее Кешу рабаты на караванных путях в Самарканд и Чаганиан вплоть до Дирзгеха на перевале в Самарканд, а на тохаристанской дороге такие туманы, как гузар с его городами – Субахом, Иснифагном.

После монгольского завоевания долина Несефа с благоприятным для скотоводов степным климатом была избрана монголами под летние кочевки. В 1220 году здесь с гвардией и знатью останавливался Чингизхан, а затем и другие военачальники монгольской армии.

В начале ХIV века Кепекхан строит дворец, называвшийся помонгольски Карши, вокруг которого разрастается город. И сегодня центр Кашкадарьинской области носит это имя. На его территории и в округе располагается большое количество крупных памятников древней культуры, городов и укреплений. Позднесредневековый Карши имел глинобитные стены, укрепленные башнями, в центре города находилась цитадель, возведенная ещё Амиром Темуром. Город отличался изобилием продуктов и был крупным торговым центром на пути из Бухары в Балх и Индию.

Этот этап истории запечатлен в одном из поздних трудов Махмуда ибн Вали: “Нахшеб – из городов Мавераннахра, прежде называвшийся Несеф. Новое название – Карши от монгольского – “дворец”, построенного Кепекханом. Отмечается, что город с хорошим климатом, небольшой, но построен планомерно и просторный, с садами и пашнями, водой из реки, текущей со стороны Кеша. Урожаи высоки. При Шейбанихане он был изобилен и соперничал с крупными городами Востока (Вали, 1977, с. 79-80).

КЕШ. В отличие от Несефа, описание его средневековыми авторами на первый взгляд противоречиво. Один из источников помещает его на равнине и сообщает о плохом климате, о городе и цитадели, лежащих в руинах, о густонаселенном пригороде и резиденции правителей, расположенной в какой-то обособленной местности для молитв – “ал-Мусалла”. Другие источники, наоборот, сообщают, что в Кеше прекрасный, здоровый климат, что вдоль ворот его мадины протекали реки, а рабады были изрезаны каналами так, что историки с восторгом писали: “… в мадине и в рабаде в большинстве домов есть текущая вода и прекрасные сады. Кеш плодороден и из него вывозят ранние фрукты.”

Противоречия объясняется тем, что ранний Кеш, как мы отмечали выше, располагался в долине Кашкадарьи, на месте современного Китаба. Постепенно из-за недостатка воды город перемещается на место современного Шахрисабза, отличающегося богатством земли и здоровым климатом.

В конце ХIV-ХV вв. Шахрисабз расцветает как родовая вотчина Амира Темура и Темуридов и благодаря их активной строительной деятельности превращается в один из красивейших, крупных культурных и экономических центров Востока.

Город обносится системой фортификационных сооружений со рвами и подъемными мостами, вырастают величественные монументальные комплексы светского и культового направления. Среди светских парадных сооружений особо выделяется дворец Амира Темура Аксарай, равного которому не было на Востоке. Он получил блестящую оценку дипломатов и путешественников от Китая до Европы. Испанский посол Руи Гонсалес де Клавихо восхищенно сообщает, что отделка дворца золотом, лазурью и другими разными цветами достойна удивления даже в Париже, где есть искусные мастера. И для них эта работа была бы прекрасной (Клавихо, 1990, с. 103).

Новые черты монументального зодчества открывают такие прекрасные памятники как погребальный комплекс шахрисабзских Темуридов Доруссиодат, мечеть и мавзолеи Доруттиловат, возводившиеся Улугбеком – эти грандиозные архитектурные ансамбли – выдающийся вклад в зодчество Востока.

Шахрисабз ХIV-ХV вв. не только парадный город, но и крупный торгово-ремесленный центр с купольными рынками.

Вокруг столичных городов было много селений и городов, стоявших вдоль торгового пути. В округе Несефа следует отметить два города – Касби и Базда.

Оба города стояли на пути из Несефа в Бухару.

КАСБИ (или Касба) располагался в 4-х фарсахах от Несефа, Базда – в 6 фарсахах. Руины первого открыты близ современного селения Касби в 35 км к юго-западу от Карши. Его высокая цитадель пятигранной формы была окружена шахристаном со следами крепостной стены и громадным рабадом, вытянувшимся на юго-восток до 1 км. Не случайно средневековые географы отмечали, что по площади он больше Несефа. По подсчетам археологов город достигал 200 га. Ядро его включало античные слои, в раннем средневековье это была крепость, переросшая в IХ-ХII вв. в город с соборной мечетью (Лунина, 1984, с. 23).

Он стоял посреди отрезка пути Бухара – Балх и даже в поздние столетия был известен как крупный пункт, который поставлял на внешние рынки такие товары как быстроходные верблюды, черные и зеленые каракулевые шкурки, рабы (Вали, 1974, с. 79-87).

Это говорит о том, что и после монгольского завоевания область не утратила своих позиций на транзитных путях евразийской торговли.

БАЗДА – городище Куня Фазли – стоявший в 40 км к западу от Несефа, также являлся одним из крупнейших центров на трассе Бухара-Балх. Все восточные авторы (даже Ибн Хаукаль, относящий все населенные пункты, области Несеф к поселениям) отмечают наличие в Базде соборной мечети, что на востоке считалось признаком города. Город включал могучий кухендиз высотой до 20 м, окруженный рвом прямоугольный шахристан, размерами 1х0,5 км, со стеной доарабской эпохи и неукрепленный рабад. Площадь города составляет около 100 га. Изучение показало, что пункт появился еще в эллинистическую эпоху, а расцвет его относится к VII-ХII вв. н.э. Причем это был не только торговый центр, но и крепость на границе оазиса (Лунина, 1984, с. 24).

В области Кеша географы размещают города Наукад-Курейш, Суннедж, Искифагн, входившие в рустак Гузар. Упоминается также город Субах, стоявший на Балхской дороге из Несефа в 1-2 переходах от последнего. Ас-Самани отмечает, что город стоял в 6 фарсахах от Несефа. В.В. Бартольд размещал его на месте современного Гузара, но исследованиями археологов этот пункт отождествляется с руинами городища Улюктепе в 8 км к северо-западу от Гузара. Это довольно крупный город с цитаделью площадью в 1 га, шахристаном – 22,5 га и неукрепленным рабадом на площади не менее 100 га. По ал-Истахри путь караванов от Несефа до Субаха составлял два дневных перехода (Лунина, 1984, с. 27-28). Источники подчеркивают, что рустаки Кеша были густо заселены земледельцами и богаты скотом. Специально отмечаются мулы, которые в большом количестве отправлялись на рынки Хорасана (Бетгер, 1957, с. 20).

Буряков Ю.Ф.

Ўхшаш мақола

Первая мировая война и ташкентцы

Начало первой мировой войны на территории Российской империи сопровождалось усиленной патриотической кампанией на страницах периодической …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *