Бош саҳифа » На русском » Ташкент-2200. Начальный этап денежного обращения в Чаче (Чочда пул муомаласининг илк босқичи)

Ташкент-2200. Начальный этап денежного обращения в Чаче (Чочда пул муомаласининг илк босқичи)

Область Чач (Юени, Ши), известная по китайским источникам, в отличие от южных и центральных областей Средней Азии была несколько позднее втянута в сферу денежных отношений. В Согде, Греко-Бактрии, Хорезме их зарождение относят к III-II вв. до н.э., в Чаче появление собственных монет произошло на пять столетий позднее.

Исследователи отмечают, что эта область имела свою специфику развития, что было связано с преобладанием развития здесь скотоводства, более позднего формирования оседлой земледельческой экономики. Эти процессы отразились на этническом составе, культуре и экономике региона [Буряков, Богомолов, 1990. С. 4]. Эти особенности развития Чача, его экономики отразились на более позднем появлении здесь денежных отношений и на их характере.

История изучения монет Чача в основном касается его раннесредневекового периода, тогда как античный период остается практически белым пятном в нумизматике Средней Азии. Если для раннесредневекового периода проделана работа по систематизации и типологии материала, то для античного времени известны отдельные типы и их описания. Это связано с малочисленностью имеющегося в руках исследователей материала.

Впервые монеты Чача стали предметом исследования М.Е. Массона. Он выделяет наиболее раннюю их группу, датируя ее III – нач. IV в., с изображением правителя влево в диадеме, на об.ст. тамга и легенда «одной из разновидностей согдийского монетного алфавита». Эту группу он относит к местному кангюйскому чекану. Датировка группы основывается на идентичности тамг на чачских монетах и сасанидском блюде с изображением Варахрана 1. Исследователи отмечают находки в долине Чирчика, монет Хорезма I в. н.э. с одной из разновидностей чачской тамги [Массон, 1953. С. 27-28].

Вторая точка зрения опирается на данные лингвистического анализа, проделанного В.А. Лившицем. Он считает возможным отнести начало денежного обращения в Чаче ко II-III вв. Надписи на монетах — от раздельного написания до появления курсивных легенд и их деградации к III-VI вв. В.М. Массон считает, что чекан Чача более раннего времени. Обе точки зрения подробно изложены и проанализированы Ю.Ф. Буряковым [Буряков, 1982. С. 117-118].

Е.В. Зеймалем опубликованы поздние варианты монет исследуемой серии, со ссылкой на В.А. Лившица он считает правомерным бытование титула МR, V в Чаче [Zeimal, 1994. № 1-7. С.259-260].

Э.В. Ртвеладзе опубликованы два великолепной сохранности образца монет раннечачского чекана и даны чтения их легенд. Он считает, что здесь присутствует титул МRУ в его искаженной форме «МУR, V» и приводит имена: «nwns\s yr» и «c/anwg\lwg\lxwr» [Rtveladze, 1997/98]. В коллекции В.А. Кучерова имелся один экземпляр раннечачской монеты, где четко читалась легенда из двух слов: «Государь Чачский…»

На городище Канка в 1986 г. была найдена монета в составе подъемного материала также раннечачского времени с остатками легенды.

А.А. Мусакаевой опубликована из числа монет, представленных для экспертизы в 1998 г., коллекция монет, представляющих чеканы античной раннесредневековой и средневековой Средней Азии, практически из всех областей. В ее составе имеются 14 экземпляров медных монет интересующей нас серии, в том числе ранних типов. Приведены чтения на этих монетах: «γwβ č`č`nk `wš`wβwr\k» — «Государь чачский Аушаубур или Ушубурк, Шубур» и «čč´nk `wnk\β γwβ ̀š΄β» — «чачский wnk\β Шуб» [Мусакаева, 2004. С. 110-115; Мусакаева, 2007. С. 24].

Монеты, нумизматика – наука о монетах играют большую роль в изучении политической истории, портретного искусства, древних верований, культов, хозяйства, природы тех древних государств, на территории которых они обращались. Монеты – частые находки на археологических памятниках, древних городищах и поселениях.

Появлению монет предшествовал период обмена товарами. Постепенно стали выделять определенные виды товаров, которые становились всеобщим эквивалентом при совершении торговых сделок. Такими товарами были различные металлы, предметы вооружения, ткани, скот и др.

монеты_Чач

Так, на первое место из общей массы товаров, предназначенных для обмена, выходят металлы. Металлические предметы определенного веса считают первыми деньгами. В Египте это были металлические пруты, проволока из меди, серебра и золота (III тыс. до н.э.), проволоку сгибали в браслеты и носили на руке. В Китае первыми деньгами называют бронзовые ножи, изображения которых сохранились на древних монетах. В Древней Греции, как и в иных странах, в роли денег выступали металлические слитки определенного веса. Если первые монеты появляются на рубеже VIII-VII вв. до н.э. в Греции, Китае, Лидии, Индии и в IV в до н.э. в Индии, то государства Среднеазиатского междуречья (Согд, Бактрия, Хорезм) использовали это величайшее изобретение человечества в IV-III вв. до н.э. Это время появления здесь собственных первых монет. В Чаче первые монеты появляются не столь рано, как в Согде или Бактрии. Исследователи спорят о дате возникновения здесь монетного обращения: II-III вв. н.э. или III-IV вв. н.э. Первые чачские монеты были из меди скифатной формы – вогнутые. Такая форма монет зависела от размеров штемпелей и самого монетного кружка, когда после удара по монетному кружку края монеты получались слегка вогнутыми.

На лицевой стороне древнечачских монет изображен гордый профиль правителя. Голова слегка вытянута вверх, черты лица утонченные, ясно проступающие. Выступающий вперед нос слегка с горбинкой, красивые крупные глаза миндалевидной формы. Зрачки переданы в виде половины круга, ближе к верхнему веку, с точкой в центре. Такой прием передачи глаза специфичен, характерен для чачских резчиков штемпелей. Подбородок острый, есть длинные, слегка опущенные под уклоном вниз усы и редкая бородка. Волосы длинные, доходящие до плеч, переданные в виде крупно волнистых прядей. На ранних образцах древнечачских монет на лбу просматриваются даже завитки кудрей.

Таков портрет правителя Чача, который первым из чачских царей выпустил свою монету. Он был первым. Портрет его, да и сам он остался бы неизвестным в истории Средней Азии, если бы не монеты. Только нумизматический материал – находки с городища Канка Аккурганского района Ташкентской области донесли до нас этого одного из «живых» свидетелей прошлого.

Но портрет его был бы не полным без важнейших атрибутов, украшений – доказательств его царственности, особого положения в иерархии власти. Этими атрибутами являются диадема с полумесяцем на голове и гривна на шее. Диадема – символ власти среднеазиатских правителей. Она передана в виде повязки из ряда точек, увенчана полумесяцем, он располагается на портрете надо лбом правителя. Концы диадемы повязаны бантиком и свисают за головой, они переданы либо в виде штришков, параллельных друг другу, либо на иных экземплярах монет в виде зигзагов.

Подобная диадема повторяет диадему древнебухарских правителей. Диадема с полумесяцем появляется на монетах Бухарского Согда, если не у правителей II-I вв. до н.э. (что спорно, полумесяц просматривается не на всех диадемах подражаний тетрадрахмам Евтидема), то в первых веках н.э. точно. Очень редкие монеты, их насчитывается чуть больше десятка, монеты Туранской серии правителя Мовака\ Мовача\ Мовара (имеются разные варианты чтения его имени). В Государственном музее истории Узбекистана АН РУз таких монет 3 экз. (рис. 1,1), в Государственном Эрмитаже — около десятка, муляж такой монеты имеется в Британском музее. Оригинал монеты для Британского музея был привезен в XIX в. английским разведчиком Александром Борнсом.

На голове этого правителя имеется диадема, идентичная древнечачской. Небольшие отличия лишь в том, что точечный ряд на бухарских экземплярах ограничен двумя параллельными линиями, точечный ряд располагается между ними. Остальное все в точности совпадает: и форма, и стиль передачи полумесяца, и форма бантика, стиль передачи свисающих концов диадемы. Ту же форму диадемы можно видеть на монетах туранской серии правителя Асбара.

Эти детали указывают на то, что иконографический тип древнечачских монет был выбран не случайно и он достаточно четко указывает на Бухарский Согд. Помимо деталей диадемы, антропологический тип этих правителей Чача и правителей Туранской серии очень близок. Высокий лоб, форма носа, глаза, манера их передачи, прическа правителей Чача и государей Бухарского Согда I-IV вв. очень схожи. Наиболее близкие аналогии причесок просматриваются на монетах Мовача и раннечачских монет – это длинные пряди волос, опускающиеся на плечи.

Диадемы – нашейные украшения периода античности и раннего средневековья. Диадемы можно часто видеть на правителях, иных персонажах высокого ранга из окружения (двора) царей, государей, правителей. Изготавливалась диадема из драгоценных металлов – золота и серебра, в центре этого нашейного украшения располагалась – гемма. Гемма — драгоценный или полудрагоценный камень, особым образом отделанный и вправленный в оправу гривны. На этом камне вырезали рисунок, передававший либо образ правителя, либо культовую сцену, культового персонажа. Часто изображения сопровождались надписями, искусно вырезанными вокруг или рядом с изображением так, что в целом все воспринималось как единое целое. Наиболее часто для геммы выбирали сердолик. Сердолик — наиболее любимый камень древних мастеров Средней Азии. От желтовато-оранжевого цвета до гранатово-красного он обладал такой притягательной силой, что основная часть гемм, вправленных в кольца или гривны, была изготовлена из этого камня. В древности существовала своя технология по достижению своеобразного молочного оттенка и прожилок на сердолике. Камень вываривали в молоке особым способом. Получали нежный молочно розово-оранжевый оттенок, характерный для гемм, вставок античных и раннесредневековых украшений.

На монетах Чача на шее правителей имеется гривна со вставкой, вполне вероятно, она могла быть из сердолика, столь широко здесь популярного.

Оборотная сторона монет Древнего Чача передает изображение чачской тамги в окружении легенды. Легенда – надпись древнечачским письмом. Легенда содержит название титула правителя и его имя. Древнечачское письмо, как установили исследователи, возникло на основе согдийского. В согдийском алфавите известны все буквы, язык и его грамматика изучены и продолжаются исследования в этом направлении, тогда как данных о языке, грамматике и даже алфавите Древнего Чача у нас очень мало. Практически сведения эти исчерпываются спорными чтениями легенд на монетах Чачского оазиса, находкой курсивной надписи на сосуде VII-VIII вв. из частной коллекции, а также надписей на кирпичах из Казахстана. Появление этого письма здесь зафиксировано по монетам и датируется оно первыми веками нашей эры. Палеографический анализ легенд на древнечачских монетах показал, что знаки наиболее близки знакам на монетах по типу тетрадрахм Евтидема самых ранних вариантов II-I вв. до н.э. [Мусакаева, 2007. С. 25].

Обязательным атрибутом иконографии чачских монет, да и среднеазиатских в целом, периода античности и раннего средневековья являются тамги. Такая тамга–знак имеется на оборотной стороне древнечачских монет. Считается, что тамга – знак рода. Однако, на наш взгляд, её значение намного шире. Тамги, помимо знака рода, имеют культовую нагрузку. Не случайно их помещают, как правило, на оборотную сторону монет, а она, как известно, имела культовое, идеологическое значение. Такую семантику имеют и современные монеты любого государства. Это – гербы. Так, на монетах Древнебухарского оазиса тамга имеет значение алтаря – основного символа зороастризма. Над тамгой изображены языки пламени, переданные штришками и иными значками.

Тамга древнечачских правителей схожа с тамгой, появившейся на самой ранней серии древнебухарских монет – на подражаниях Евтидему, хотя и не совсем точно её копирует. Совершенно одинаковые тамги в Бухарском Согде и в Чаче появляются в VIIVIII вв. Это чачские монеты с изображением двугорбого бактрийского верблюда с тамгой, идентичной бухарской, в виде центрального круга или квадрата с отростками вверху и внизу. Двугорбый верблюд – священное культовое животное зороастрийцев широко распространено в искусстве Согда. Образы священных животных, связанные с религиозными представлениями, мифологией древней Средней Азии — одна из любимых тем художественного творчества. Образ священного животного имел глубокий смысл в искусстве, идеологии Согда и Чача. Потому не случайно на монетах Древнего Чача появляются двугорбый верблюд, конь, лев. Религиозные представления, обряды обычно очень трудно выстроить в единую, стройную систему. Эти обряды и верования вырабатываются столетиями, тысячелетиями, на протяжении которых происходят всевозможные изменения, вызванные экономическими переменами, культурноисторическими взаимовлияниями. Пример тому — древнечачские монеты и монеты Бухарского Согда. Изобразительность в жизни любого народа играла активную роль в духовной и социальной сфере. Складывались определенные системы образов, системы знаков, передающих религиозные верования, культовые сцены. Так сложился свой «язык» в искусстве передачи определенных божеств, их деяний, их символов, да и всей религиозной системы в целом. Этот «язык» передачи определенных символов, знаков распознается по монетам, в большей степени по их оборотной стороне. Поэтому исследование древнечачских монет дает уникальные сведения по истории религиозных верований, культов античного и раннесредневекового Чача.

Большое значение в религиозной системе Чача в период античности и раннего средневековья в силу особой роли этого региона в истории Средней Азии играли образы священных животных. Крупные передвижения кочевых племен, оседание их здесь, синтез верований кочевой культуры и оседло-земледельческой дали столь необычные и своеобразные образы в искусстве Чача. Геральдическими животными здесь стали двугорбый верблюд, лев, реже — конь. Тотемистические образы у чачцев, как и у скифов, пришли в античный период из глубины веков и надолго здесь закрепились. Не случайно, по мнению лингвистов термин SakA – название, под которым известны на Переднем Востоке все скифские племена, обозначает «олень». Олень, пантера, гриф – основные образы скифского искусства.

Священные животные, тотемы древнейших религиозных систем позднее оформляются в ипостаси определенных божеств. И на монетах Чача, и Бухарского Согда это уже ипостаси божества Войны и Победы Вертрагны (конь, верблюд и др.).

Символы зороастризма на монетах Средней Азии наиболее ярко отразились в нумизматике Западного Согда. На монетах Западного Согда на оборотных сторонах, как и на сасанидских монетах, появляются алтари огня-аташданы. В некоторых случаях изображения алтарей на монетах Сасанидов сопровождают священные знаки-тамги. Ученые их связывают с культовыми священными знаками магов и магупатов. На монетах Бухарского Согда тамги-знаки символизируют изображения алтарей. Имеются алтари, далее их заменяют знаки с деталями алтарей. Так, знак дополняется вверху языками пламени, а сам как бы подается художником в виде основания, в виде самого алтаря. На иных монетах алтарь заменяется священным животным и их образы в «языке» знаков культовой системы Древнего Согда равнозначны. В Чаче мы не наблюдаем столь сложной трансформации и здесь превалируют знаки, без дополнительных символов изображаются священные животные, реже — сложные культовые сцены.

Рассматривать чачские знаки только как знаки родов — значит не учитывать ни их происхождения, ни значения и влияния культов и всей религиозной системы на оформление оборотной стороны монет. А как уже было доказано, именно оборотные стороны несут культовую, идеологическую нагрузку. И монеты Чача не исключение из правил. На данном этапе развития чачской нумизматики, интерес к которой сейчас значительно вырос, сложно объяснить их значение, однако то, что это культовые, связанные с религиозными верованиями знаки, а не только знаки рода, не вызывает сомнения. Расшифровка их – задача и загадка для будущих исследований. Возможности изучения монет выросли в связи с увеличением находок монет. Волна черных копателей, разрушителей древних городищ вытолкнула на рынок большое количество древнечачских монет, которые, к сожалению, уже утратили столь важную, необходимую для ученых информацию. Их изъяли из археологических слоев грабительскими методами, лишив исследователей возможности достоверного, серьезного их анализа. Однако их обилие на рынке, находки и музейные скромные коллекции позволяют говорить об особой роли чачской нумизматики в развитии денежного обращения Средней Азии, о её важности и необходимости изучения и развития. Большое значение в этой связи приобретают исследования городища Канка – одной из древнейших, крупнейших античных столиц Чачского оазиса.

Городище Канка располагается в Аккурганском районе Ташкентской области. Город вместе с рабадами имеет площадь, превышающую 200 гектаров. Именно этот древний город стал первым центром в Чаче, где появляется первая в этой области монета. Это не случайно — это самый крупный город, существовавший с III в. до н.э. То, что здесь в первых веках появляются свои монеты, было обусловлено особенностями развития экономики Чача, когла сфера денежных отношений затронула вначале лишь пределы этого крупного городского столичного центра оазиса. Не случайно в этой связи, что первые монеты здесь из меди. Они обеспечивают нужды внутренней торговли и развитие денежных отношений здесь идёт изнутри, а после определенных политических событий денежные отношения разрастаются вширь — происходит их дальнейшее развитие. А этап возникновения и формирования их происходил в пределах городища Канка- крупного столичного центра Чача.

Имеющийся материал позволяет выделить три периода в развитии монет раннечачского чекана.

Первый период – монеты первых двух типов с читаемыми легендами. Второй период характерен появлением монет с искаженными легендами. Он сопровождается падением веса, уменьшением монетного кружка, но в целом иконографический тип сохраняется, портрет правителя узнаваем. Третий период: первый этап: портрет узнаваем, имеется диадема, переданная в виде кружков, но оборотная сторона деградирует полностью. Появляется асимметричная тамга по типу бухарской, от легенды остаются лишь штришки. Происходит дальнейшее падение веса. Первый традиционный тип тамги присутствует наряду со вторым (бухарским). Иногда просматриваются буквы. Второй этап третьего периода характерен следующими деталями: происходит деградация портрета, завитки волос передаются в виде скобок так, что постепенно утрачивается портретное сходство. Монетный кружок становится заметно меньше, вес падает. От легенды остаются лишь кружки. Третий этап характерен появлением наряду с левосторонними портретами и правосторонних, однако к концу этого этапа их почти невозможно узнать. Происходит почти полная деградация портретов. Падение веса значительно в сравнении с предшествующими двумя периодами. Монеты приобретают вид небольших скифатных кружков с весом до 1 г.

Еще одна важная деталь в генезисе раннечачского чекана – это то, что развитие чекана, в целом, идет по двум линиям, они четко прослеживаются до третьего периода. Линии эти передают развитие двух основных типов монет с полными читаемыми легендами (Т-1, Т-2).

Монеты второго периода подражают этим двум типам, линии эти независимы друг от друга при общих тенденциях развития всего чекана (от прототипов к подражаниям и деградации чекана в целом). Предположить наличие двух монетных дворов сложно, тем более, что сами ранние типы происходят с городища Канка и исчисляются единицами. Вероятнее всего, эти две линии отражают процесс развития чекана по образцу двух прототипов, имевшихся в обращении одновременно. Так, вероятно, датировка типа 1 не стоит от датировки типа 2 так далеко. Знаки легенд хронологически близки друг к другу.

В целом, развитие всей серии происходит по характерной и хорошо известной схеме, прослеженной в Согде. Эту схему развития можно видеть в Бухарском Согде по «туранской» серии монет Асбара, серии Гиркода, подражаниям Евтидема, а в Самаркандском Согде это линия развития монет с лучником, в южном – монет с Гераклом и Зевсом. Наиболее близкие параллели идут по серии монет Гиркода, в конце развития этого чекана также появляются мелкие скифатные монетки с почти неузнаваемыми деградировавшими изображениями и легендами, происходит значительное падение веса. Процесс деградации легенд также, как и в Согде, происходит на протяжении нескольких столетий.

Начало чекана по данным исследователей связано с первыми веками н.э., по аналогии с легендами Бухарского Согда наиболее ранней границей может быть I-II вв., наиболее поздней – II-III вв. В III-IV вв. иной алиф. Наиболее поздние образцы (третий этап третьего периода) датируются VI-VIII вв. VI в. — началом VII в. (605 г.) датируют исследователи слой пожара на городище Канка, на полу храма этого городища был найден клад монет. Этот слой пожарища Ю.Ф. Буряков и Г.И. Богомолов связывают с тюркским завоеванием 605 г.

Ранние образцы монет концентрируются на городище Канка и в его округе. Появление денежных отношений связано с функционированием этого крупнейшего городского центра Чача. Иные монеты с начальной фазой искажения легенд также связаны с этим городищем. И только лишь самые поздние их образцы (третий период) имеются на территории Ташкента и его округи. Так, с Шаштепа происходит небольшой клад монет, переданный в музей школьниками.

Можно заключить, что появление денежных отношений в Чаче имеет множество параллелей как в иконографии монет, так и в общей линии развития чекана. Возможно, появление данного иконографического типа связано с влиянием Западного Согда. Централизация и возникновение денежных отношений осуществлялись в районе крупного городского центра, каковым является городище Канка (Аккурганский район Ташкентской области).

После прихода тюрков в Чач эта серия монет исчезает. Децентрализация денежных отношений сказывается в появлении множества мелких локальных чеканов. Эти локальные чеканы хорошо исследованы и опубликованы Э.В. Ртвеладзе [Ртвеладзе, 1982. С. 31-38].

Начало курсивных легенд на монетах Чача по аналогии с Бухарским Согдом связано с VI в. Появление же монет с нечитаемыми легендами, вероятно, отражает как и в Бухарском Согде приход кочевых племен эфталитов. Так, первый период можно датировать I-II вв. (возможно, III), второй период – III-V вв., третий период – V-VI — началом VII в.

Использованная литература:

Буряков Ю.Ф. Генезис и этапы развития городской культуры Ташкентского оазиса. Ташкент, 1982
Bogomolov G.I., Burjakov Ju.F. Sealings from Kanka // Тhe Land of the Grupyons. Papers on Central Asian Archaeology in antiquity. Edited by Antonio Invernizzi, 1995.
Буряков Ю.Ф., Богомолов Г.И. Древний и средневековый город Восточного Мавераннахра. Ташкент, 1990.
Zeimal E.V. The Circulation of Coins in Central Asia during the Early Medieval Period (Fifth-Eighth Centuries A.D.) – Bulletin of the Asia Institute. The Archaeology and Art of Central Asia Studies From the Former Soviet Union. New Series\Volume 8, USA, 1994.
Ртвеладзе Э.В. Нумизматические материалы к истории раннесредневекового Чача // ОНУ, 1982. №8.
Rtveladze Edward V. Pre-Muslim Coins of Chach // Silk Road Art and Archaeology. Journal of the Institute of Silk Road Studies, Kamakurа, 1997/98. N 5.
Массон М.Е. Ахангеран (Археолого-типографический очерк). Ташкент,1953.
Мусакаева А.А. Начальный этап денежного обращения в Чаче // Археология и история Центральной Азии. К 70-летию со дня рождения академика Академии наук Республики Узбекистан Юрия Федоровича Бурякова. Самарканд, 2004.
Мусакаева А.А. Монеты Чача. Материалы научной конференции. Ташкент, 2007

А.А. Мусакаева

Чочда пул муомаласининг илк босқичи

Зарб қилинган қадимги Чоч тангаларининг иконографик таҳлили эрамиз бошлари ёки эрамизнинг I–II асрларига оид эмас, балки ундан ҳам олдинги давлар санаси билан белгиланишини кўрсатди. Тангаларнинг яна ҳам илгарироқ зарб қилинганлигини Турон ва Бухоро Сўғди тангаларининг полиграфияси ва аналогияси кўрсатади.

А.А. Musakaeva

The earliest stage of monetary relations in Chach

The iconographic analysis of the ancient Chach coins demonstrates that they can be dated to earlier period than it is currently considered – first centuries BC or I-II centuries. The data on paleography as well as the analogies with the earliest coins of “Turan” type of the set of coins of Bukhara Soghd certifies the earlier mint. The new readings are also given.

Манба: Тошкент шаҳрининг 2200 йиллик юбилейига бағишланган Халқаро илмий конференция материаллари
Ўзбекистон Республикаси Фанлар академияси
«Фан» нашриёти
2009

Ўхшаш мақола

Первая мировая война и ташкентцы

Post Views: 144 Начало первой мировой войны на территории Российской империи сопровождалось усиленной патриотической кампанией …

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *